Вызвал мастера холодильник починить, сам все за него сделал

Наш холодильник вдруг взялся нагонять холод без передышки. Я позвонил в бюро ремонта и попросил прислать мастера.

— Пишу вас на послезавтра,— ответила девушка-диспетчер и добавила: — Если еще мастер выйдет.

Я, как человек бесцеремонный, стал уточнять:

— Все-таки ждать мне послезавтра?

Девушка-диспетчер обиделась:

— Ну, господи! Ждите на здоровье! В течение дня.

Я нагло продолжал свои расспросы:

— Нельзя ли уточнить часы прихода мастера?

— Ну, господи! С восьми до восемнадцати!

Я продолжал спрашивать:

— А вдруг, извините, мне потребуется выйти в магазин?

Прежде чем швырнуть трубку, она успела крикнуть:

— Оставьте ключ у соседей, если уж вы по магазинам шляетесь!

Послезавтра только к вечеру я оставил ключ соседям. А когда вернулся из магазина, на кухне сидел небритый мужчина и задумчиво смотрел в окно. У его ног стоял потертый чемоданчик, на котором, видно, рубились в домино не один сезон.

— Что у вас? — спросил мастер и достал из чемоданчика гаечный ключ и бутерброд.

— Холодильник не может остановиться.

Мастер сказал:

— Открой его, что ли.

— Может быть, хотите чаю? — спросил я и распахнул дверцу своей «Юрюзани».

— Потом, — туманно ответил мастер, заглянул в холодильник и поежился.— Больно морозом несет... Закрывай его, что ли... и разворачивай.

Я развернул холодильник. Мастер с тоской уставился на его закулисную часть.

— Отвинтить, что ли, эти гайки? — спросил он не то себя, не то меня.— Чай-то поставил?

— Сию минуту.

— Один живешь? — поинтересовался мастер и достал соленый огурец.

— Не совсем... С семьей.

— А я, слышь, вообще-то развожусь,— вдруг сообщил мастер.— Сегодня вообще-то уже дома не обедал. Ну ее!

— Это кого?

— Марию. Машку.

— А может, все гайки открутить? — предложил я.

— Может,— сказал он покладисто.— Валяй крути.

Мастер подал мне ключ и стал нарезать колбасу:

— Кабы не дитя,— сказал он со вздохом.— Хоть и одно, а родное... Телевизор-то у тебя работает?

— Еще как!

— Я сичас,— проговорил мастер и прошел в комнату, к телевизору.

Скоро оттуда донесся волнующий стук шайбы о борт. Я отвинтил далеко не все гайки, а из холодильника выскочила какая-то пружина. Мастер высунул голову из комнаты:

— Слышь, неотразимый щелчок Мальцева... Эх, проброс! Слышь, заперли их у ворот! Иди глянь, да брось ты с ним ковыряться!

Я был увлечен борьбой со второй пружиной, но из дружеского расположения к мастеру пошел глянуть, кого заперли.

Когда матч окончился, мастер грустно сказал:

— Вот так отвлекесся, хоть про жену и развод забудешь. А вспомнишь — струмент из рук падает.

Я с тревогой посмотрел на мастера. Был он и правда какой-то бледный, заросший, видно, сильно страдал.

Конечно, не каждый день человек разводится. Вот он еле-еле чайник поднял, рука дрожит. Какая уж тут работа.

Я бодро взялся за ключ, чтобы хоть как-то помочь человеку, и стал отвинчивать последнюю гайку.

— Ну куда, куда крутишь! — нервно закричал мастер.— Не крути по часовой!

— А как?

— Крути против!

— Вот так?

— Эх! Терпение с вами нужно...

— Да вы не расстраивайтесь. Я ловкий. Я сейчас,— успокоил я его.— Вы, главное, не отчаивайтесь. Может, еще помиритесь… Я сейчас враз, еще разик, еще раз... Эй, ухнем...

— Куда же ты против часовой стрелки крутишь!

— А как?

— Давай по часовой!

— Хорошо, хорошо! Вы только крепитесь, не поддавайтесь. Может быть, она еще поймет вас, поймет и оценит... Теперь сюда пружину, так?

— Ничего, сойдет!

— Ну вот, заканчиваю, последнюю гайку и... готово! Ха-ха! Работает! Вот спасибо вам!

— Ну, чего там, стараемся...

— Вот ваш... э-э-э...

— Ну зачем! Давай без сдачи! Так вы не расстраивайтесь... Уж если решили разводиться, лучше сразу, раз — и готово!

— Раз!.. Я уж пятнадцатый год развожусь!

— Как же вы живете?

— Не живу — существую! Вот с работой совсем беда! Как за нее берусь, струмент из рук падает! Очень переживаю!